A Vior and V Skripach - Шаги на чердаке

Марии считают странной, она другая, не так, как все.
Может сидеть часами в горячей ванне, под утро только идет в постей.
Играет ночью на старой скрипке, а скрипка стонет, как мертвый клён.
Макает пальцы в краситель липкий и на обоях рисуют сон.
Разводы серым и красным перья режут руки, чтоб нужный цвет.
Врачи сказали, что это скверно, к тому же худая почти скелет.
Мари выходит из дома редко, ни с кем не дружит, всегда молчит.
В окно бросает свои таблетки,
По три часа она в сутки спит.
Мари шестнадцать не ходит в школу
И держит комнату в бардаке,
Не прочь в окне показаться голой.
Шаги влюбилась на чердаке,
Она их слышит, пожалуй, с детства,
Пугалась раньше, там никого,
Теперь ей лучше любых приветствий,
Негромкий шелест этих шагов.
Мари ложится на плитке пола,
И смотрит вверх, где ступает он,
И представляет себе, он молод,
Немножко дерган, чуть-чуть сбешен.
Не брит в обносках босой высокий,
Брюнец подпаленной седины,
И взгляд опасный, такой глубокий,
Пороки и страхи ему видны.
В обносках босой высокий
Брюнец под палиной седины
И взгляд опасный, такой глубокий
Пороки и страхи ему видны
Цвет глаз меняет, то бледно-серый
То жутко-черный, то золотой
Он знает много такие сферы
Что не постиг ни один живой
Все теребит в непослушных пальцах
Клочок космата ее волос
Что знает она о постояльце
Не беспокоит
Марий вопрос
Кто он такой?
Невидимка сверху
Дух, призрак, демон, хранитель, глюк
Плевать ей, что он по привычным меркам
Зло, полтергейст, но никак не друг
Шаги стихают, а он ложится
На пол, прижавшись к доске лицом.
Сегодня ночью ей будет сниться,
Что там под крышей они вдвоем.
Он скажет тихо,
Мари, я знаю,
И в этом знаю сто тысяч слов.
Он любит то, как она играет,
И запах терпки ее духов.
Рисунки странные на на обоях
Привычки глупые, худобу
Порезы раны и капли крови
Ту родинку любит на бледном лбу
Сквозь потолок на
Мари
Он смотрит и думает, как она хороша
Мари говорит
Вот который год
Ты любуешься просто на малыша
А мне шестнадцать, я тоже знаю
И говорит, вот который год
Ты любуешься просто на малыша
А мне шестнадцать, я тоже знаю
И в этом знаю, сто тысяч люблю, вижу
Какой ты я, возможно, больная
И все придумала, к черту плюнь, не думай
Не принимай, близко к сердцу
Но я без тебя бы сошла с ума
А может уже.
Вот такой отец, всегда ты со мной, но я одна.
И плачет Мари, мерзнет, боится.
А вдруг никого на чердаке?
Она себе придумала принца, а это просто скрипит паркет.
И Мари решает, что будет нормально,
и пьет исправно таблетки, заводит друзей, становится взрослой.
Все классно, формально, больше шаги не слышится ей.
Мария вышла замуж, уплыли годы,
Дочери
Элли шестнадцать лет.
И
Элли слышит, как кто-то ходит по чердаку,
У нее секрет.
Она ложится на пол и смотрит,
Сквозь потолок, представляя, как
Мечется онходкой, не твердой мерит
Пыльный пустой чердак
Элли считает, ему лет двадцать
Прять седины в черноте волос
Нервный, высокий и может меняться
Радужка глаз, он не бритый босс
И сердце
Элли быстрее бьется
Когда она думает, что он там
Однажды придет и к
Мари прижмется и тихо скажет
Послушай, мам, со мною, наверное, не все в порядке
Мари ладошку сожмет в руке, наверное, я все-таки психопатка
Влюбилась в шаги, что на чердаке